Выдающиеся ученные ислама Ханафитского мазхаба
Выдающиеся ученные ислама Ханафитского мазхаба
20.05.2018 15:54
1141
0

В результате завоевания арабами большей части современной Центральной Азии в этом регионе с богатыми культурными традициями начал распространяться ислам, который всколыхнул и привел в движение все центральноазиатское общество. С этого времени начался многовековой и противоречивый процесс взаимодействия ислама с местными культурными традициями.

В ходе своего взаимодействия с национальной культурой, продолжавшегося более тысячелетия, ислам превратился в традиционную религию в Казахстане. Известно, что проникновение этой религии на территорию современного Казахстана началось в II/VIII веке. Первым толчком к ее углубленному распространению в местном обществе стала Таласская (Атлахская) битва в 133/751 году. Совместная победа войск Абу Муслима (129-138/747-755) и тюркских кочевых племен над Танской армией открыла путь для исламизации этого региона [1, с. 10].

Изучение процессов взаимодействия исламской религии и национальной культуры в местном социуме представляет научный интерес для исследователей. О ходе трансформации в жизни простых людей, общества и государства сообщают письменные источники, созданные в локальной среде. Целью настоящей статьи является введение в научной оборот несколько источников, которые являются трудами выдающихся ученых Ханафитской школы (мазахаба) в средние века. Для определения значения этих сочинении в изучении региональной формы бытования ислама в средневековом Казахстане и Центральной Азии нами был использован подход историко-филологического исследования средневековых текстов на арабском языке.

 Как известно, в результате распространения ислама в средневековом Казахстане и Центральной Азии начали формироваться региональные мусульманские общества. Древние цивилизации, включившись в духовную жизнь мусульманского общества, привнесли в эту религию свои религиозно-этические представления, правовые нормы, обычаи и культурные традиции. Различные сегменты мусульманского мира адаптировались к исламу не одновременно и с не одинаковой степенью глубины. В конечном итоге это привело к тому, что в разных частях этой обширной цивилизации ислам приобрел специфические черты, отличающие одну региональную форму своего бытования от другой. Процесс изучения исламскими богословами местных традиций, правовых норм и его сопоставления с законами и положениями исламского шариата связан с формированием местного сословия религиозных авторитетов и сложением местных духовных центров [2, Т.І с. 10].

В силу специфики ислама ключевая роль в этом процессе принадлежала мусульманским законоведам и богословам (факихам). Согласно одной из основных идей ислама, существует единый мир, который должен жить по священному религиозному закону, ниспосланному Богом в Священном Коране, воплощенному в сунне пророка Мухаммада и истолкованному в фикхе – своде наук о принципах и правилах жизни мусульманской семьи и общины. На практике «власть Аллаха» на местах вскоре стали олицетворять светские властители – султаны и эмиры, поэтому только факихи – знатоки священного религиозного закона – могли судить о соответствии действий правителей идеалам, нормам ислама и осуждать непопулярные в народе решения властей [3, с. 176].

Все большую роль в жизни государства стали играть крупные города, в которых концентрировались факихи и ʻулама. Между тем, горожане, составлявшие значительную силу в обществе, были слабо представлены в системе государственного управления. Именно поэтому в деятельности духовных лиц городские слои находили выход своей политической энергии, защиту своих интересов или фактор, сдерживающий самовластие властителей и чиновников. Шариат, созданный не зависимыми от властей факихами, с известными оговорками был идеологией горожан, моральной и организующей силой в их пассивной и активной борьбе со средневековыми правителями за свои права [4, с. 13].

Во многих событиях, имевших место в истории Центральной Азии в течение ІІІ–ІХ/ІХ–ХV веков, довольно велика была роль факихов –неформальных лидеров и властителей дум местного населения. Разработанные ими положениями фикха и их научные споры основывались на устойчивых тенденциях и реалиях развития центральноазиатского общества, жизненных интересах определенных групп и слоев населения. Академик В. В. Бартольд отмечал существование в Центральной Азии – регионе полного преобладания ханафитского мазхаба – устойчивых традиций в религиозных науках.

Многие поколенияученыхв средневековой Центральной Азии в повседневной практике опирались не только на общеисламские нормы, но и на традиции местной школы фикха, учитывавшей конкретные условия и особенности общественной жизни в регионе. В этом отношении изучение истории школы фикха в Центральной Азии, сыгравшей важную роль в жизни региона в III–IX/IX–XV веках, представляется весьма актуальным и перспективным.

К. Мелчерт, подводя итоги прошедшего этапа исследований богословско-правовой школы Абу Ханифа, отметил, что, несмотря на наличие большого объема биографического материала, все еще трудно проследить историю региональных школ.

С другой стороны, следует признать, что изучение огромной массы литературы, созданной ханафитами Центральной Азии, большей частью находится пока на стадии обнаружения списков их трудов, атрибуции и подготовки издания, т.е. на уровне эвристических исследиваний. Попытки реконструкции общей ситуации в исламской науке, предпринемаемые без учета этой литературы, в отрыве от среды богословов региональных школ, могут привести к одностаронним результатам  [5, с. 7].

В своей ставшей классической работе У. Рудольф проследил по богословским тестам эволюцию теологических взглядов ханафитов на востоке мусульманского мира от Абу Ханифа (умер в 150/767 году) до Абу Мансур ал-Матуриди (ум. в 333-944-945 году) [5, с. 7].

Нужно отметить, что развитие Ханафитского мазхаба на территории Казахстана и Центральной Азии было связанна с распространением ученых и их трудов из Куфы, Багдада, Дамаска и других арабских стран, где было серьезное отношение к мнению Имама Абу Ханифы. Первые ученные ислама Ханафитской школы стали главные ученики имама Абу Ханифы – Мухаммад аш-Шайбанй, Абу Йусуф, Зуфар и далее их ученики Муса ибн Наср ар-Рази, Абу Хафс аль-Бухари, Абу Суляйма аль-Джузджани, Ибн Самаʻа аль-Балхи, Шаддад бин Хукайн, Мухаммад ибн Ахмад ал-Исфиджаби [5, с. 400].

В своей классической работе «Радд ал-Мухтар ʻала ад-Дарр ал-Мухтар» ученый ханафитского мазхаба, мусульманский сириский правовед из Дамаска Мухаммад Амин ибн ʻУмар ад-Димашки или известный как Ибн ʻАбидин разложил время ученых ислама на семь частей, назвав это труд как «Табакат ал-фукаха’ фил мазхаби ал-ханафийа». Время ученых – это время ученых, которых называли мужтахидами, время великих имамов за которыми были созданы мазхабы – мусульманские правовые школы. Они разработали мусульманское право, в которое вошло вероубеждение; основа шариата, которое опирается на четыре обоснования: Священный Коран, Сунна пророка Мухаммада, общее мнение ученых по вопросам шариата, суждение по аналогии [6, Т.І с. 29, 30].

Можно назвать целую плеяду ученых ислама ханафитского мазхаба, но хотел бы остановится на тех ученых, которые имели огромный авторитет в Центральной Азии. Важное уточнение вносят новые источники и в отношении ученой среды багдадского ученого богослова Абу Сулайман ал-Джузджани и его ученика Абу Бакр ал-Джузджани, который стал признанным правоведом и богословом в Самарканде.

Деятельность же Абу Сулайман ал-Джузджани в основном прошла в Багдаде. Последний свой годы он провел у себя на родине, где умер и был похоронен. В Центральную Азию он не приезжал, отнесение же его Амир Катиб ал-Иткани ал-Фараби (ум. в 758/1357 г.) к числу ученых Самарканда следует воспринимать как точку зрения ученого (‘улама’) этого региона, устоявшуюся как минимум в начале VIII/XIV века.

О деятельности в Самарканде ученика Абу Сулайман ал-Джузджани – Абу Бакр Ахмад ибн Исхак ал-Джузджани – биографические словари не сообщают почти ничего дается только его имя и цепь. Изучив сведения ранних теологических текстов и биографической литературы, У. Рудольф пришел к выводу, что Абу Бакр ал-Джузджани едва ли был теологом (мутакаллим). Соответственно, под его руководством Абу Мансур ал-Матуриди и Абу Наср ал-‘Ийади изучали только ханафитское право [7, с. 97-98].

Он особо не доверяет сообщениям о том, что именно Абу Бакр ал-Джузджани заложил основы ханафитской школы в Самарканде. Такой взгляд, допускающий возникновение самаркандской теологии лишь к середине III/IX века, излишне завышает роль личности ал-Джузджани. Ведь в Самарканде до этого времени действовали ханафиты Абу Мукатил ас-Самарканди (ум. в 208/823 г.). Однако исследователь гипотетический рассуждает, что именно при нем соединились воедино разрозненные нити передач разных традиций и образовалось собственная традиция Самарканда, которая в дальнейшем поддерживалась и развивалась [5, с. 122].

По мнению У. Рудольфа, у него было несколько учителей, и он привез в Самарканд достаточно разнообразных идей для последующей эволюции религиозных представлении [7, с. 101].

Собранные в ходе исследовании новые сведения из слабо разработанных первоисточников позволяют уточнить и развить эти высказывания. Во-первых, можно точно локализовать место деятельность Абу Бакр ал-Джузджани: он действовал в пограничной заставе (ал-Мурабба‘) в Самарканде. Во-вторых, существует остававшаяся неизвестной науке информация о его сыне – Абу ‘Абд Аллах ибн Аби Бакр ал-Джузджани, который также преподавал в Самарканде исламское право (фикх). В-третьих, новые источники расширяют состав его последователей: трое ведущих самаркандских богословов – Абу Наср ал-Ийади, Абу Мансур ал-Матуриди и Абу Наср Мухаммад ибн Ахмад аз-Захаби ал-Хаддади – числятся среди его учеников по фикху [5, с. 123].

Абу Бакр ал-Джузджани вел свою деятельность среди воителей за веру (газават), ремесленников и торговцев. Известно, что передовым пунктом для нихв это время был Шаш: так, Абу-л-Хасан ‘Али ибн ал-Хасан ал-Бакри ас-Самарканди для ведения своих священных походов проживал в Шаше. Часто ониразмещались в загородных или пограничные места сбора воителей за веру (рибатах).

Газии (воителей за веру)прежде представляли собой серьезную военную силу в обществе. Известен Зибрак ал-А‘радж (ум. в 248/863 г.), который был командиром корпуса самаркандских газиев. Однако в это время постепенно намечается устойчивая тенденция к переходу газиев от военной деятельности к научно-религиозной, превращению рибатов в центры торговли с жителями близлежащих селении и кочевниками, в религиозные учебные заведения. Например, гази ал-адиб ал-хаджжадж Абу -л-Хасан ‘Али ибн Аби Тахир ал-Муттавви‘и приблизительно в 476/1084 г. проповедовал мусульманское воспитание (адаб)в соборной мечети Самарканда.

В качестве научного центра становится больше известным Рибат ал-Мурабба‘ (или ал-Мурабба‘а), в нем выступал Абу Бакр ал-Джузджани и другие ученые. Известно, что многие ученые диктовали свои традиции в стенах этого учебного заведения в Самарканде. Так, в 428/1037 г. ал-Хафиз Абу Мухаммад ал-Хасан ибн Ахмад ал-Касими здесь записывал изречения пророка (хадисы)у Абу-л-‘Аббас ал-Мустагфири, а Абу-л-Хасан ‘Али ибн ‘Усман ибн Исма‘ил ал-Харрат ас-Самарканди (умер в 510/1117 г., похоронен в Чакардиза) проводил собрание (маджлис) [8, с. 564].

Главный итог о деятельности Абу Бакр ал-Джузджани состоит в том, что именно при нем передача книг Мухаммада ибн ал-Хасан аш-Шайбани в Самарканде приобретает устойчивый характер. Например, Абу-л-Хасан ар-Рустугфани учил под руководством воспитанника Абу Бакр ал-Джузджани – Абу Мансур ал-Матуриди – перед самой смертью последнего «Китаб ал-Мабсут» и «ал-Джами ‘ал-кабир». На эпитафиях правоведов в на могиле «Чакардиза» (Самарканд) особо подчеркивается усердие усопших в выучивании книг Имама Мухаммада аш-Шайбани: факих Ахмад ибн Абу Бакр по прозвище «ал-‘Араб ан-Насафи» (ум. в 560/1165 г.) выучивал наизусть оба сочинения «ал-Джами‘» и «аз-Зийадат», а саййид Шамс ад-дин Мухаммад ибн Джалал ад-дин ‘Умар ибн Ахмад (ум. в 601/1205 г.) выучил наизусть разделы (кутуб) из «ал-Мабсут», а также «ал-Джами‘» и «аз-Зийадат».

Старший современник Абу Бакр – Салм ибн Аби Мукатил ал-Фазари ас-Самарканди (ум. в 211/826-827 г.), хотя и имел контакты с имамом аш-Шайбани, однако его книг не передавал. О другом его современнике – Абу-л-Лайс Наср ибн Саййар ибн ал-Фатх ас-Самарканди (ум. в Самарканде в 258/871-872 г.) – известно, что он пользовался большим авторитетом у торговцев (ахл ад-дуккан): когда он умер, то жители Самарканда в течение целого месяца не открывали лавки (абвав ал-хаванит). Они даже хотели продолжить траур по нему и во второй месяц, однако их траур был прерван указом султана. Он знал книги аш-Шайбани, диктовки (амали) Абу Йусуф и ‘Абд Аллах ибн ал-Мубарак. Передают, что в 16 лет он выучил много исламских книг наизусть. Это означает, что он следовал и другим имамам, что позволяет относить его к числу так называемых полуханафитов.

Абу Бакр ал-Джузджани вел свою деятельность в тот период, когда отношения между последователями Абу Ханифа и последователи хадисов (ахли ал-хадис) в Самарканде осложнились. Это проявлялось в том, что последователи этих двух школ отказывались заключать между собой браки.

В XI веке многие правоведы направляются в Самарканд, среди которых были два великих ученых – Абу-л-Йуср ал-Паздави и Абу-л-Му‘ин ан-Насафи. Они были приглашены в город из региона Насаф Караханидами.

Удачно в Самарканде началась и сложилась религиозная деятельность представителей Насафа. Садр ал-Ислам Абу-л-Йуср Мухаммад ибн Мухаммад ал-Паздави ан-Насафи (ум. в Бухаре в 493/1100г.) и Абу-л-Муʻин Маймун ибн Мухаммад ал-Макхули ан-Насафи (ум. 508/1115г.) и последующих их учеников. Главным результатом их деятельности стали упорядочение учения Абу Мансур ал-Матуриди, содержащееся в основным в его сочинениях «Кита бат-таухид» и «Кита бат-таʻвилат» превращение ал-Матуридийа в теологическое учение всей ханафитской правовой школы [5, с. 164].

Абу-л-Йуср Мухаммад также в Самараканде стал автором двух сочинении – «Маʻрифат ал-худжадж аш-шарʻийа» и «Китаб усул ад-дин». Это редкий случай, когда у автора есть труды по двум важным направлениям – основы вероубеждения (усул ад-дин)  и основы положения правоведения (усул ал-фикх).

Это можно наблюдать также у Фахр ал-Ислам ал-Паздави, Махмуд ибн Зайд ал-Ламиши (ум. после 539/1144г.) и Хафиз ад-дин Абу-л-Баракат ан-Насафи (ум. в 710/1310-1311г.) Главные выводы Абу-л-Йуср ал-Паздави состоят в том, что правоведение (фикх) изучает легальные правила положении ислама (ахкам шарʻийа), которые заключены в Коране, сунне и иджаʻ, тогда как основы положения правоведения (усул ал-фикх) изучает сами эти три корня (усул) и методы их практического использования.

Абу-л-Муʻин Маймун ибн Мухаммад ан-Насафи (ум. в 508/1114-1115г.) – составил три главных труда: «Бахр ал-калам», «Табсират ал-адилда» и «Китаб ат-тамхид ли-каваʻид ат-таухид». Линия Абу-л-Муʻин Маймун ибн Мухаммад ан-Насафи признавалась авторитетной при передаче важных теологических текстов и других значительных книг ханафитской школы.

В Самарканде были у них ученики, которые также стали выдающими богословами это: ʻАла’ ад-дин Мухаммад ибн Ахмад ибн Ахмад ас-Самарканди (ум. около 539/1144-1145 г.) Он сыграл главную роль в распространении и последующем успехе учения ал-Матуридийа среде самаркандских и бухарских теологов. У него было несколько известных труда: «Шарх ат-таʻвилат ли-Аби Мансур ал-Матуриди», «Мизан ал-усул фи ната’идж ал-ʻукул» и «Тухфат ал-фукаха». Первые два являются выдающимися произведениями ханафитов в областях теологии и методологии права. В «Тухфат ал-фукаха’» ʻАла’ ад-дин ас-Самарканди развивал систему «ал-Мухтасар» ал-Кудури (ум. в 428/1037 г.).

ʻАла’ ад-дин Абу Бакр ибн Масʻуд ибн Ахмад ал-Касани (ум. в 587/1191г.), получив образование у Ала’ ад-дин ас-Самарканди, переехал на Ближний Восток. Учитывая местную специфику, ʻАла’ ад-дин ал-Касани развивал линию своего учителя в своем сочинении «Бада’иʻ ас-сани фи тартиб аш-шара’иʻ» следовал ей. Второе его сочинение «ал-Муʻтамад фи-л-муʻтакад» также посвящена теологическим вопросам.

Нур ад-дин Ахмад ибн Махмуд ибн Аби Бакр ас-Сабуни (ум. в 580/1184г.) стал главным апологетом ал-Матуриди. Его сочинения «ал-Бидайа фи усул ад-дин», «ал-Кифайа фи-л-хидайа» и «ал-Мунтака мин ʻисмат ал-анбийа» посвящены вопросам теологии. 

Период с 482/1089 г. до 545/1150-1151 г. (Мавараннахр, включая Бухару и Самарканд и западную часть Ферганы). В это время нужно отметить деятельность правоведа (факиха), представителя местной богословско-правовой школы (мазхаб) Абу Ханифы (ум. в 150/767 г.), Баха’ ад-динМухаммад ибн Ахмад ал-Исфиджаби (ум. после 500/1106-1107 г.), родом из Исфиджаба. В исторических источниках мы встречаем разные варианты написания его имени. Например, поздние ханафитские авторы ‘Абд ал-Кадир ибн Аби-л-Вафа’ ал-Кураши (ум. в 775/1373 г.) в «ал-Джавахир ал-мудийа» и Касим ибн Кутлубуга (ум. в 879/1474 г.) в «Тадж ат-тараджим» передают его имя в следующей форме: Баха’ ад-дин Абу-л-Ма‘али Мухаммад ибн Ахмад ибн Йусуф ал-Исфиджаби. Однако другой автор, выходец из Золотой Орды Махмуд ибн Сулайман ал-Кафави (ум. в 989/1581 г.) в «Ката’иб а‘лам ал-ахйар» приводит приблизительную дату кончины автора – после 500/1106-1107 г. [5, с. 301].

Из вышесказанного можно заключить, что поздние составители биографических словарей (тараджим), использовав первоначальную информацию, превращали эти краткие сведения о жизни и деятельности ал-Исфиджаби в более смутные данные. Почти все источники сообщают название его единственного труда, составленного в Самарканде – «Зад ал-фукаха’» [5, с. 201, 301].

Мухаммад ибн Ахмад ал-Исфиджаби родился и получил образование в своем городе Исфиджабе (ныне руины этого города находятся на территории Южно-Казахстанской области). Здесь он сформировался как зрелый ханафитский правовед.Однако в сохранившихся памятниках средневековой историко-биографической литературы отсутствуют подробности его жизни и деятельности в его родном городе Исфиджабе. О нем также указывается в книге «Ката’иб а‘лам ал-ахйар мин фукаха’ мазхаб ан-Ну‘ман ал-мухтар» как богослов Баха’ ад-дин Абу-л-Ма‘али Мухаммад ибн Ахмад ибн Йусуф ал-Маргинани ал-Исфиджаби, который был учителем Джамал ад-дин ‘Убайд Аллах ибн Ахмад ал-Махбуби ал-Бухари и Абу Бакр ибн Ахмад ибн ‘Али ал-Балхи ас-Самарканди [9, л. 177а].

Баха’ ад-дин ал-Исфиджаби скончался примерно в конце шестого века хиджры [10, с. 199].

Перенесение в 432/1040 г. караханидом Ибрахимом Тамгач-ханом (444-460/1052-1068 г.) своей столицы из Баласагуна и Узгенда в Самарканд стало важным событием не только в истории государства, но и будущим определяющим фактором в жизни нашего автора. Известно, что правители из династии Караханидов для нейтрализации влияния местных самаркандских богословов (‘улама’) выдвигали на официальные должности богословов, приглашаемых из Туркестана и Исфиджаба. В рамках этой долгосрочной политики уже сформировавшийся в Исфиджабе знаток фикха Мухаммад ибн Ахмад ал-Исфиджаби был назначен на высшую религиозную должность в государстве Караханидов – шайх ал-ислама [5 с. 199].

В караханидский период одним из важных богословов, правоведом (факихом) был ʻАли ибн Мухаммад ибн Исмаʻил ас-Самарканди ал-Исфиджаби. Он стал шайх ал-ислам (ум. в Самарканде в 535/1141 г.). Он также занимал высокие должностные посты, был муфтием Самарканда. Написал сочинение: «Шарх Мухтасар ат-Тахави», книга о правоведение, который изучает легальные правила положении ислама (ал-ахкам аш-шарʻийа). На форзац листе другого списка этого же произведения автором назван Шайх ислам Абу Наср Ахмад ибн Мансур ал-Исфиджаби. 

В Самарканде назначался на высокие посты также представитель Исфиджаба – богослов Абу Наср Ахмад Шуджаʻ ал-Хидра ибн Ибрахим (ум. после 480/1087-1088 г.). Эти богословы действовали в согласии с правителями династией Караханидов.

Правоведы из Исфиджаба были очень осторожны в отношении к вынесению многих фетв местными самаркандскими богословам. Например, после смерти кади Ахмад ибн Мансур ал-Исфиджаби (ум. в 480/1087 – 1088 г.) нашли целый сундук с его фетвами, в которых были указаны ошибки самаркандских муфтиев и взамен их предложены правильные решения. Однако при жизни покойный не осмелился их обнародовать. Он составил комментарии «Мухтасар ал-Кархи».

Рукн ад-дин Абу Бакр Мухаммад ибн Аби-л-Мафахир ибн ʻАбд ар-Рашид ал-Кирмани включил в свой сборник «Джавахир ал-фатава» фетвы шайх ал-ислам ʻАли ибн Мухаммад ал-Исфиджаби [5, с. 201].

Следующий богослов Самарканда из Исфиджаба Абу-л-Азхар Мухаммад ибн Ахмад ал-Худжани ал-маʻруф би-л-Исфиджаби составил «Шарх ал-Джамиʻ ас-сагир». Далее знаток хадисов и тафсиров Абу-л-ʻИсма Масʻуд ибн Мухаммад ибн Хусам ад-дин Мухаммад ал-Гудждувани ал-Харазми составил «ат-Танвир фи шарх талхис ал-Джамиʻ ал-кабир ли-Садр ад-дин Мухаммад ибн ʻАббад ибн Малак-дад ал-Хилати». При этом он использовал комментарий к «ал-Джамиʻ ал-кабир» Абу Бакр ал-Исфиджаби.

Период с 545/1150-1151 г. 607/1210-1211 г. (также Мавараннахр, включая Бухару и Самарканд и западную часть Ферганы). Этот период отмечается богословом Бурхан ад-дин ал-Маргинани. В его творчестве центральное место занимает авторизованная передача «ал-Хидайа» [5, с. 221].

В Самарканде фамилия Бурхан ад-дин ал-Маргинани пользовались влиянием в течении очень долгого времени. Представители этой семьи занимали должность шайх ал-ислама в Самарканде в течении четырех веков, вплоть до 906/1500г. 

Его продолжателем был Мухаммад ибн Махмуд ал-Уструшани (ум. после 632/1234 г.) в Самарканде. Он получил образование также у Абу-л-Касим Мухаммад ибн Йусуф ал-Хусайни ас-Самарканди (ум. в 556/1161г.) и Захир ад-дин Мухаммад ибн Ахмад ал-Бухари (ум. в 619/1222-1223 г.).

Ученик ал-Уструшани в Самарканде был Хусам ад-дин ал-ʻАлиабади (ум. в 642/1245 г.). Его традиции были унаследованы представителем семьи Бурхана ад-дин ал-Маргинани – Зайд ад-дин ʻАбд ар-Рахим ибн ʻИмадад-дин Аби Бакр ал-Маргинани (ум. в 6701271г.).

Генеалогии династии ал-Маргинани можно найти в сочинении под названием: «Фи ансаб аулад Шайх ал-Ислам Сахиб ал-Хидайа». Оно было продиктовано представителем седьмого поколения этой династии, шайх ал-ислам Абу Ахмад ʻАбд ал-Малик ибн ʻАбд ал-Халилом.

Согласно этому новому источнику, Бурхан ад-дин ал-Маргинани имел четырех сыновей. В качестве шайх ал-исламов Самарканда упомянут сам Бурхан ад-дин ал-Маргинани, далее ʻИмад ад-дин Абу Бакр, далее Зайн ад-дин Мухаммад, после него был Маулана ʻИмад ал-Хакк ва-д-дин Абу Бакр, далее были Абу-с-Сафа’ ʻИсам ал-Хакк ва-д-дин ʻАбд ал-Малик, Хаджа ʻАбд ал-Аввал, после него ʻИсам ад-дин и Бурхан ад-дин Хаджа Маулана.

Потомки Бурхана ад-дин ал-Маргинани занимали много разных серьезных должностей, такие как: шайх ал-ислам, хатибы и имамы мечетей Самарканда. Последний представитель этой династии стал – шайх ал-ислам Ходжа Абу-л-Макарим. Он был смещен со стороны Мухаммада Шайбани-хана (905-916/1500-1510 г.), на его место был назначен Хаджа Хаванд, потомок Абу-л-Лайс ас-Самарканди (вторая половина IV/X в.) [5, с. 226].

Образование и эволюция государства Караханидов явились особым этапом развития в Центральной Азии. Вовлечение тюркской аристократии в управление земледельческим оазисом, установление тесных экономических и культурных связей между кочевым тюркским и оседлым ираноязычным населением в рамках одного государства, частичное оседание кочевников, возникновение нового жизнеспособного государства – все это ускорило развитие важных исторических процессов, в результате которых Центральная Азия обрела новое этническое лицо, новую социальную и экономическую структуру, новый тип духовной культуры.

Богословы ханафитского мазхаба, приглашенные из внутренних регионов Центральной Азии сыграли большую роль в укреплении позиций суннизма в столице Караханидов – Самарканде. В результате творческой деятельности нескольких поколений улемов в Самарканде и регионе вокруг него укрепляют свои позиции матуридитский калами модель ханафитской богословско-правовой школы. Следует заметить, что наравне с богословами Самарканда и Бухары, на передний план выдвигаются представители других городов: Тараза, Исфиджаба, Касана, Маргинана. Последние приглашались в столицу со стороны Караханидов. В условиях отсутствия тесных связей и взаимодействий с местными городскими элитами и кланами, приглашенные богословы нередко становились исполнителями воли правителей. Кланы ханафитских богословов в условиях политической нестабильности, наступавшей в результате частой смены власти и вторжения новых завоевателей, превращаются в реальную силу в обществе.

Можно констатировать, что в Караханидский период интенсивно шла дальнейшая детализация и кодификация основных положений ханафитского мазхаба. Несколько поколений богословов ханафитской школы Центральной Азий основательно проанализировали разнообразные проявления жизни современного им общества с позиций их соответствия нормам ислама и отраженности в положениях мазхаба. Результаты этих процессов зафиксированы в многочисленных сочинениях по фикху, созданных в этом регионе.

 

 Кайрбеков Нурлан Евфратович

 (Преподаватель Павлодарского

Государственного Университета им. С.Торайгырова,

имам городской мечети Павлодара «Ақмешіт»,

докторант PhD, религиовед, исламовед) 

Павлодар, Казахстан

nurlan.kairbekov@mail.ru, конт. тел: 87770685643

 

Манабаев Багдат Маханович

(Заведующий кафедры арабского языка и литературы Египетского университета исламской культуры «Нур-мубарак»,

докторант PhD, религиовед, исламовед)

Алматы, Казахстан

axmad_80mail.ru, конт. тел: 87756060000

 

Источник использованной литературы:

  1. Большаков О.Г.//Ислам: энциклопедический словарь / отв. ред. С. М. Прозоров. – Москва: Главная редакция восточной литературы издательство Наука, 1991. – 315с.
  2. Прозоров С. М. Предисловие /Ислам на территории бывшей Российской империи. Под редакцией С. М. Прозорова – Т.І.М.,2006. – С. 10
  3. Пиотровский М. Б. Светское и духовное в теории и практике средневекового ислама / Ислам. Религия, общество, государство. – М., 1984. – С. 176.
  4. Большаков О. Г. Бухара времени Ибн Сины / Письменные памятники и проблемы культуры народов Востока. XV годичная научная сессия ЛО ИВ АН СССР. – Ч. III (Доклады и сообщения о творчестве Ибн Сины). – М., 1981. – С. 13.
  5. Муминов А.К. Ханафитский мазхаб в истории Центральной Азии. – Алматы: Қазақ энциклопедиясы, 2015. – 400 с.
  6. Мухаммад Амин аш-Шахир би ибн ‘Абидин маға таклимату ибн ‘Абидин. Радд ал-Мухтар ала Дарр ал-Мухтар шарх ала Тануир ал-Абсар. Дар ал-китабу ал-илмийа. Китаб ал-Тахара. – Т.І – Либнан. Бейрут. - 2011.
  7. Рудольф У. Ал-Матуриди и суннитская теология в Самарканде. – Алматы: Фонд «XXI век», 1999. – 286 с.
  8. ‘Умар ибн Мухаммад ибн Ахмад ан-Насафи, Надж ад-дин. Ал-Канд фи зикр ‘улама’ Самарканд / Тахкик Йусуф ал-Хади.– Тихран: Айина-йи мирас, 1420/1999.
  9. Махмуд ибн Сулайман ал-Кафави. Ката’иб а‘лам ал-ахйар мин фукаха’ мазхаб ан-Ну‘ман ал-мухтар. Рукопись № 2929 Центра восточных рукописей имени Абу Райхана Беруни Ташкентского государственного института востоковедения, лл. 1б-442а.
  10. Касим ибн Кутлубуга ас-Судуни. Тадж ат-тараджим фи табакат ал-ханафийа, Том I / Мухаммад Хайр Рамадан Йусуф. Димашк: Дар ал-Калам, 1413/1992.
0 комментариев